Особенные. “Дети Дождя”

0

У каждого родителя есть выбор – впасть в отчаяние, ныть и жалеть себя или, не упуская времени, посвятить его работе с ребенком. Если нет финансовых возможностей, есть интернет, где можно всегда по- черпнуть нужную информацию

Рухсана Алимова 

О диагнозе своего ребенка я узнала, когда ему было уже три года. Мне вскользь озвучили: «Похоже на аутизм». Ничего не объяснили, не разъяснили, но врач попал абсолютно в точку.  Оказалось, есть лишь два варианта: родители не занимаются, не принимают диагноз или принимают и работают. Аутизм неизлечим,  но корректируем. У меня ушло определенное время, чтобы мобилизоваться и двигаться дальше. Столкнувшись с этим, мы с супругом стали одним целым. Помню, я говорила мужу о какой-нибудь новой методике, а он обычно отвечал: «Дай мне время», и на следующий день он знал обо всем этом лучше меня. Очень важна поддержка и вовлеченность родных. 

В сети я познакомилась с мамой аутиста из Италии, ее рекомендации и опыт по- могли нам выстроить свой маршрут. Она посоветовала посадить сына на диету, водить в бассейн и начинать искать педагогов и врача. И тут начались бесконечные поездки за границу в поисках новых методик, врачей и специалистов. Мы ездили на лечение, на элементарные занятия со специалистами. В какой-то момент я поняла, что устала разрываться между городами. Мы вернулись, обдумали все и решили рискнуть основать собственный центр. 

Сейчас в нашем центре на постоянной основе занимаются около 100 детей. Но если нет финансовых возможностей, есть интернет, где можно почерпнуть нужную информацию. Надо меньше философствовать и искать причины. Родитель сложного ребенка всегда поможет другому. Нельзя останавливаться. У каждого родителя есть выбор – впасть в отчаяние, ныть и жалеть себя или, не упуская времени, посвятить его ра- боте с ребенком. Все, что мы делаем сейчас, формирует нашу жизнь в будущем. 

Безусловно, бывают моменты, которые сложно объяснить ребенку. Например, если праздник пришелся на понедельник, ему не- понятно, почему все остались дома, почему все идет по-другому. Или почему вот имен- но сейчас пошел снег, хотя теоретически он не должен идти весной, в марте. Любой сбой в привычном графике иной раз равносилен концу света в его понимании. 

Время нужно грамотно планировать. Это касается и личного времени тоже. Я могу позволить себе почитать книгу, сходить в кино, встретиться с подругами. Ежедневный уход за собой должен стать правилом само собой разумеющимся, к этому нужно себя приучить и внести в свой график. 

До сих пор не могу ответить на вопрос: что такое быть мамой? Для своих детей хочу быть путеводителем, компасом в еще неизвестном для них мире, открывать его заново вместе с ними. Интересно, что ответят мои дети на этот вопрос лет через двадцать. В свое время качественный фундамент в моем воспитании заложила моя бабушка. И в моей семье теперь три важных составляющих – это любовь, уважение, диалог.

Hикто не готов к тому, что его ребенок может родиться особенным. Стало очевидно, что есть задержка в развитии, когда Дарию исполнилось почти три года. До определенного момента верила, что заговорит, а все остальные странности в поведении сына списывала на избалованность. 

Совершила много ошибок, пока не нашла эффективный реабилитационный метод. Искала врачей, но никто не давал гарантий, вердикт был один: он не сможет быть, как все. 

Меня это не сломило. Москва дала нам второе дыхание. Дарию тогда было почти 6 лет. Нашла специалистов, которые были согласны обучиться и работать по методике под курацией Москвы. Я перестала водить сына по всем центрам, закрыла двери дома и начала процесс реабилитации. 

Специалисты семь дней в неделю работали с ребенком. Наша семья поменяла образ жизни, мы сделали окружающую среду максимально недоступной для ребенка, провоцируя его на речь: теперь ему приходилось все просить, не важно как, главное – произнести. Через 9 месяцев мы увидели эффект, еще через четыре месяца в активе ребенка было 400 слов. Это была победа моего шестилетнего ребенка, который занимался по 8 часов в день. 

Я верю в своего ребенка. Окружающие не видят никаких признаков поставленного диагноза. Посещаем общественные места, и человек, не знающий о его аутизме, в поведении ребенка не замечает ничего необычного. 

 

Верю в своего ребенка. Окружающие не видят никаких признаков поставленного диагноза

Александра Алиева 

Дисциплина дала результаты. У меня есть расписание, по которому я живу. Нужно работать, чтоб обеспечить ребенка. Несмотря на всю загруженность, могу остановиться и выпить кофе в уютном кафе. Всего 10, но зато моих, драгоценных минут наедине с собой. 

Благодарю мужа, что полностью доверяет моим действиям в плане реабилитации сына, он никогда не препятствует и всегда рядом. Никто не отвернулся от нас и из старшего поколения. 

У нас ребенок, а не диагноз. Говорят, он не такой, как другие, но мы ведь все не такие, мы – разные. Даже близнецы имеют различия. 

Быть мамой особенного ребенка – это постоянное чувство вины

Ширин Юсупова 

Мой сын родился в коматозном состоянии. Врачи буквально чудом оживили его. Когда нас выписали домой, я была в полной прострации. Первые полтора года постоянно оглядывалась назад, искала причины, анализировала. Сейчас сравниваю свое состояние с движением вперед затылком, пока на определенном этапе не поняла, что надо с собой что-то делать. 

Учитывая все особенности своего положения, поставила перед собой главную задачу – подготовить сына к самостоятельной жизни, чтобы он не нуждался в чьей-ли- бо помощи, не был узником обстоятельств и своего здоровья, стал счастливым человеком в окружении любимых людей. В этом весь смысл моего воспитания, работы с моим ребенком, реабилитации, вообще всего того, что я делаю. 

Быть мамой особенного ребенка – это постоянное чувство вины. 

Нужно научиться прощать, в первую очередь – себя. Верю в кармические правила: у нас с сыном есть определенная задача, которую мы должны выполнить вместе. 

Нужно восполнять потраченную энергию, иначе она начинает иссякать, а это ведет к ссорам и раздору. Потому необходимо иметь личное время и пространство, когда ты посвящаешь время самой себе. Это может быть что угодно: танцы, пение, рисование, спорт, те же самые салоны красоты. Не для кого-то, для себя, во имя любви к самой себе. Женщина, потерявшая уважение и любовь к самой себе, просто не может делить- ся положительной энергией. 

Рядом со мной достойные помощники – мой муж, наши родители. Я – счастливый человек. 

Не перестаю верить, что смогу вылечить сына. Просто нужно двигаться вперед, пробовать разные методики, а не сидеть и размышлять. Нет выхода только из могилы, и то люди и оттуда выбирались. Мой ребенок жив, развивается, это самое главное, а все остальное – проблемы второстепенны.

 

 1,621 

0
    0
    Ваша корзина | Sizning savatingiz
    Ваша корзина пуста | Savatingiz bo'shВернуться к покупке | Sotib olishga qaytish